Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 139

Форма входа

Календарь новостей

«  Апрель 2009  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930

Поиск

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » 2009 » Апрель » 24 » Духовные преемники преподобного Григория Синаита в Сербии (Преподобный Григорий Синаит и его духовные преемники).Часть 1.
Духовные преемники преподобного Григория Синаита в Сербии (Преподобный Григорий Синаит и его духовные преемники).Часть 1.
02:44
Митрополит Иаков Серский, Преподобный Ромил Раванницкий, Преподобный Григорий Горняцкий, Преподобный Афанасий Метеорский, Преподобный Сисой Синаит, Кир Силуан, Преподобный Никодим Тисманский.
К первой половине XIV века в Сербии закончились междоусобные распри между сыновьями Стефана Немани. Один из них, по имени Стефан, стал во главе государства. В начале XIII века папским легатом он был коронован королевской короной, почему и назван Стефаном Первовенчанным. С этого времени Сербия превратилась в королевство, а Стефан стал “кралем” всех сербских земель. Новое королевство, получив свой статус с повеления папы Римского, тем не менее осталось верным учению и традициям Восточной Православной Церкви.

В 1331 году на престол вступил Стефан Душан (Сильный) [16, с. 189]. Именно в его правление Сербия достигает наивысшего расцвета и могущества. В своей внутренней политике он стремился к объединению всех сербов. Стефан Душан был глубоко верующим человеком и поэтому во всех своих делах искал совета и помощи прежде всего со стороны духовенства. В связи с этим положение последнего изменилось к лучшему. Так, например, существовал закон, запрещавший идти в монахи без воли господина. В Законнике же Стефана Душана имеется пункт о неприкосновенности монаха или церковного лица [112, с. 23].

Во внешней политике Стефан, всячески укрепляя военное могущество Сербии, расширял ее территорию. Он без труда покорил, кроме Солуни, почти всю Македонию. После осады Душан взял важный пункт восточной Македонии, лежавший на дороге из Солуни в Константинополь, — город Сер. Овладение Сером имело важное значение. В руки Стефана Душана перешел хорошо укрепленный греческий город, немногим уступавший Солуни и служивший ключом на пути к Константинополю. “Современные ему византийские источники связывают непосредственно со взятием Сереса принятие Душаном царского титула и формальное проявление с его стороны притязаний на обладание Восточной империей”, — пишет А. А. Васильев [46, с. 42].

Собор 1346 года в столичном городе Скопле в северной Македонии торжественно провозгласил Стефана царем Сербии и тем самым “узаконил и освятил совершенный Душаном политический переворот — основание нового царства” [129, с. 126]. Но Стефан Душан более мечтал быть византийским императором, чем сербским царем. Воспитанный при константинопольском дворе, он высоко ценил византийскую образованность. Став правителем Сербии, царь начал перестраивать ее по византийскому образцу, заимствуя из Византии внешние формы общественного и государственного быта.

Для превращения Сербии в могущественную империю Стефан Душан четко осознавал необходимость централизации государственной власти. Царь считал также крайне важным привлечь на свою сторону греческое духовенство. Это было, вероятно, одним из побуждений, по которому он давал приют в своей стране монахам-исихастам из Византии и с Синайской горы.

Особенное расположение царь Стефан Душан питал к ученикам преподобного Григория Синаита. Известно, что одного из них — святого Григория Паламу — царь Стефан дважды приглашал перейти в Сербскую Церковь. Другой последователь преподобного Григория Синаита — митрополит Иаков Серский был ближайшим его советником. Постоянное общение с монахами-исихастами, в основе которого лежали глубокое благочестие и крепкая православная вера царя Стефана Душана, способствовало распространению исихазма в стране. После смерти Стефана Душана (^ 1355) исихасты находили поддержку в лице его вдовы Елены (впоследствии монахиня Елисавета), которая была сестрой болгарского царя Иоанна Александра.

В силу этих благоприятных обстоятельств в Сербии в XIV веке интенсивно распространялось исихастское движение.

Митрополит Иаков Серский

В Сербии учение преподобного Григория Синаита распространилось еще при его жизни. Одним из первых и ближайших учеников преподобного был Иаков, впоследствии митрополит города Сер в Македонии [103, с. 19]. В житии Григория Синаита говорится, что под руководством преподобного Иаков достиг такой высоты добродетелей, что был удостоен архиерейского сана и поставлен во епископы епархии Сервион [1, 7-е изд., ч. 1, с. 332; 23, с. 47].

Во время архиерейского служения митрополит Иаков поддерживал духовную связь с Синайским монастырем, куда посылал для сербской монашеской общины богослужебные книги. Исходя из этого, исследователи предполагают, что он некоторое время провел в монастыре Пресвятой Богородицы на Синае, где и познакомился с преподобным Григорием Синаитом [34, с. 105; 99, с. 35]. На Афонской Горе, судя по житию святого Григория Синаита, Иаков пришел к нему, когда он уже был известным учителем внутреннего делания и трезвения [23, с. 47].

Митрополит Иаков Серский был славянского происхождения. До своего епископского служения, вероятно после приезда со Святой Горы Афон, он подвизался в скиту преподобного Петра Коришского. Этот скит, бывший в то время подворьем афонского Хиландарского монастыря [34, с. 105], находился в окрестностях Призрена. Здесь, по всей видимости, и произошла его встреча с сербским царем Стефаном Душаном (Сильным), который любил это место и часто посещал его. Узнав о добродетельной жизни Иакова, царь Стефан Душан решил побеседовать с ним. Пораженный образованностью и духовной мудростью Иакова, царь начал советоваться с ним в государственных делах. Есть предположение, что именно по совету Иакова Стефан Душан начал близ города Призрен строительство “великой задужбины” — каменного монастыря святых архангелов Михаила и Гавриила, в котором завещал похоронить себя [72, с. 104]. Об огромном авторитете Иакова при царском дворе свидетельствует и тот факт, что он был первым игуменом царской “задужбины”, принимал самое активное участие в ее строительстве. Он произвел разбивку и закладку монастыря, и все строительство велось под его непосредственным наблюдением [99, с. 127]. “Кроме того, он же стал устроителем и первым организатором жизни монастырской братии”, положившим начало синаитским духовным традициям [81, с. 223].

Строительство монастыря было завершено в 1352 году [81, с. 33]. Главная церковь его, о которой царь Стефан писал, что она “добротою и искусством превосходила дечанскую церковь” [99, с. 127], была очень величественна и красива.

После взятия 25 сентября 1345 года Стефаном Душаном греческого города Сер в Македонии, царь не дождавшись завершения строительства “задужбины”, возвел Иакова на Серскую митрополичью кафедру. Возведение Иакова объясняется, с одной стороны, тем, что, как считает Г. Острогорский, “задание Душана в его задужбине Иаков, видимо, выполнил” [81, с. 222], а с другой стороны, тем, что царь Стефан в политическом отношении стал ориентироваться на юг и, поселившись в городе Сер, начал собирать вокруг себя друзей и единомышленников и потому вызвал из Призрена Иакова, как своего советника и надежную опору [121, с. 15].

Положение Серского митрополита было почетным и очень важным. Перед Иаковом открылось широкое поле деятельности как в церковной, так и в политической области.

Свою деятельность на новом поприще Иаков начал с превращения серской митрополичьей резиденции с храмом-базиликой святых Феодора Тирона и Феодора Стратилата в монастырь [83, с. 295]. В нем он ввел устав Синайской горы [103, с. 19] и духовные традиции преподобного Григория Синаита. О том, что “эта старая греческая кафедра была в сербское время славянским монастырем, говорит и местное предание в Серграде” [72, с. 106].

Во время архиерейского служения Иакова Сер стал крупнейшим церковным центром Сербии. Ни одно событие в жизни Сербской Церкви не проходило без участия или влияния митрополита Иакова. Он, как митрополит Серский или, возможно, как игумен Архангелова монастыря, в 1346 году принимал участие в провозглашении Сербского патриаршества и коронации Стефана Душана [98, с. 127] при благословении и молитвах патриарха Иоакима.

Зимой 1347/48 года царская семья отправилась на Афон. В числе сопровождавших ее был и митрополит Иаков [99, с. 128]. Есть все основания полагать, что щедрые дары, которые преподнес всем афонским монастырям Стефан Душан, были принесены под влиянием митрополита Иакова [98, с. 128].

По инициативе митрополита Иакова в Скопле в мае 1349 года был созван церковный Собор, в первом деянии которого был принят Законник Стефана Душана. Члены Собора в конце его работы перешли из Скопля в Призрен, где был объявлен хризовул Архангельскому монастырю и освящен соборный храм. Митрополит Иаков Серский присутствовал и на Соборе 1353 года, который дополнил Законник царя Стефана. Вероятно, как знаток греческого языка, митрополит участвовал в редакции отдельных положений свода законов [98, с. 128]. Соборы 1354 и 1357 годов проходили в городе Сер, в новой резиденции митрополита. На державном Соборе 1354 года был избран патриарх Сербский Савва (1354—1375). На этом Соборе присутствовали царская семья и все светские правители и церковные иерархи Сербии [98, с. 129]. Серский Собор в июне 1357 года решал среди других вопросов и спор между афонскими монастырями Каракалом и Зографом из-за церкви святителя Николая, находившейся на территории Серской митрополии. Спор был решен в пользу Зографского монастыря. В акте соборного решения [111, с. 97] подпись митрополита Иакова стоит на первом месте.

До конца своей жизни митрополит Иаков сохранял связь с Синаем [34, с. 107]. Он был большим другом и покровителем синаитов. К его митрополии относился монастырь святого Иоанна Предтечи, который был известен как Синайское подворье и который являлся местом сбора и встреч монахов-исихастов с Синая, а также соучеников Иакова с Афона, из Болгарии и Сербии [99, с. 35].

Особую заботу проявлял митрополит Иаков о Синайском монастыре, особенно о его монахах сербского и славянского происхождения. До наших дней сохранились его дары монастырю святой великомученицы Екатерины — две Триоди, где имеется собственноручная подпись митрополита Иакова: “О Синай, о свете моего сияния!.. Ты, Которая в огне сохранилась неопалимой, сохрани меня от огня вечного! И молю братию, сербов вместе с греками, чтобы эти книги не были отчуждены от дома Пречистой Девы до века” [цит. по: 34, с. 107].

Много содействовал митрополит Иаков распространению в Сербии культуры и просвещения. В летописи 1354—1355 годов говорится, что “великий пастырь и учитель” митрополит Иаков повелел переписать Евангелие*. В конце этой книги переписчик изобразил митрополита Иакова в святительском облачении (см. миниатюру на с. 118) [98, с. 129]. Летописное свидетельство интересно еще и тем, что дает характеристику деятельности митрополита: “Таков нам подобаше архиереи быти, исправляюща и наставляюща корабля правилом крьмы духовные, стадо свое упасающу жезлом правды и пищею веры и съмотренми от всъкъ хыщник и право правеща слово истины” [цит. по: 111, с. 97].

Митрополит Иаков обладал литературным талантом. Он известен как творец канона всенощного бдения, написанного на греческом языке [98, с. 130].

Возглавлял Серскую епархию митрополит Иаков не менее пятнадцати лет. Он пережил царя Стефана Душана, который умер 20 декабря 1355 года [16, с. 192], и управлял митрополией при царице Елене, вдове Стефана Душана. И для царицы он стал верным советником, на которого она могла опереться, как на старого и испытанного друга [98, с. 129].

Точная дата кончины митрополита не установлена. Она, вероятно, произошла в период между ноябрем 1360 года, когда его имя упоминается в летописи в последний раз, и августом 1365 года, когда впервые упоминается его преемник по кафедре митрополит Савва [81, с. 244].

Преподобный Ромил Раванницкий

Среди первых учеников святого Григория Синаита в Парории, снискавших особую известность в Сербии, был и болгарский инок Роман (в схиме Ромил), которого по имени его духовного наставника также называли Синаитом [84, с. 195].

Преподобный Ромил особо почитается не только в Сербии, но и в Болгарии, где он родился и прожил большую часть жизни. По месту рождения (город Видин) преподобный именуется болгарами Ромилом Бдинским (Видинским) [19, т. 1, с. 13].

В Сербии святой Ромил оказался в числе непосредственных духовных преемников преподобного Григория Синаита, которые переселились в эту страну после 1371 года. С именем преподобного Ромила связано начало реформы монашеской жизни в Сербии. Здесь он подвизался неподалеку от монастыря Раванница, где и окончилась его земная жизнь. В этой обители почивают его нетленные мощи. По названию монастыря святой известен в Сербии как Ромил Раванницкий.

Житие преподобного Ромила было написано его близким учеником и сподвижником преподобным Григорием Молчаливым, именуемым в первых строках жития доброписцем, который также известен как Синаит Младший и Горняцкий.

Согласно этому житию, святой Ромил родился в городе Видин от благочестивых и богобоязненных родителей. Отец его был ославянившийся грек, а мать — болгарка. Точная дата рождения преподобного неизвестна, но можно предположить, что это произошло в конце XIII столетия. В святом крещении ему дано было имя Руско [25, с. 3], а по греческой версии жития — [82, с. 278]. Начальное образование Руско получил в раннем возрасте. По способностям он превосходил своих сверстников. Уже в школе обнаружились его острый ум и дар мудрого рассуждения. За это сверстники прозвали мальчика “отрокостарцем”.

С ранней юности Руско проявлял стремление к духовной жизни. Постепенно у него созрело желание послужить Богу в иноческом чине. Родители, не желая расставаться с сыном, стали принуждать его вступить в брак. Тогда Руско тайно оставил отчий дом и отправился в Загорье (близ Тырнова). Здесь, в монастыре Богородицы “Одигитрии”, он принял монашеский постриг, получив имя Роман. Старцы монастыря преподали новопостриженному иноку первые наставления о монашеской жизни. Через некоторое время игумен обители, видя образованность и послушание Романа, поставил его уставщиком за богослужением. Возложенные на него обязанности он ревностно исполнял несколько лет.

Стремление к совершенству побуждало молодого подвижника искать более строгого монашеского делания и богоугодных подвигов. В поисках духовного наставника инок ушел в монастырь на горе Устие, потом на Святую гору в предградии Тырнова [25, с. 5].

Находясь на Святой горе, Роман исполнил заповедь любви к ближнему, показав себя истинным рабом Божиим. Желая послужить больным и немощным от старости братиям, он ловил в местной реке Янтре рыбу, тайно приносил и оставлял ее подле их келлий. Хотя Роман скрывал свои добрые дела, но о них все-таки догадывались иноки обители и прозвали его Добророманом — Добрым Романом [25, с. 6]. Стремясь тщательно исполнить все заповеди Евангелия, он часто умягчал свою душу сокрушенными слезами и подвигами монашеской жизни, очищался от страстей. Устранившись полностью от мира, святой искал пустынного места, где бы он мог пребывать в непрестаной молитве и трезвении. Ему был нужен и учитель в этом высоком делании.

Когда святой Роман узнал, что в Парории поселился великий подвижник, учитель безмолвия — преподобный Григорий Синаит, то желание подвизаться подле него, пользоваться его наставлениями “уязви сердце его” [25, с. 7]. И если тело его, как сообщается в житии, “имаше Загорье”, то “душу же — пустыня Парорийская” [25, с. 7].

Преподобный Роман стал просить у своего игумена благословения переселиться к святому Григорию Синаиту. Игумен, очень любивший Романа и возлагавший на него большие надежды, вначале не отпускал юного подвижника. Но, видя его сильное желание и решимость, не стал противиться. Дав благословение и молитвенное напутствие, настоятель отпустил святого Романа вместе с другом Иларионом. Монахи, прибыв к преподобному Григорию Синаиту, рассказали о себе и о своем желании быть его учениками. Великий подвижник принял их с радостью и, провидя духовную красоту каждого, дал по силе послушания. Роману — более тяжелое, ибо он был духовно сильнее своего друга, а Илариону — полегче.

Ко времени прихода Романа и Илариона в Парорию вокруг Григория Синаита собралось достаточно много иноков, которые стали строить монастырские помещения. Преподобный Роман с усердием трудился на строительстве, а также тщательно исполнял все, что касалось духовных наставлений его старца, показав себя как делателя послушания и во всех службах искусного служителя [25, с. 8]. Все его занятия были только по благословению старца и совершались в строго установленное время.

“Ради сущаго в нем смирения и любви” он был “всем вожделен и любим” [14, с. 505]. За свои добрые дела преподобный Роман так же, как и в монастыре в Загорье, получил прозвище Добророман.

Когда строительные работы были закончены, преподобный Григорий Синаит дал новые послушания своим ученикам согласно их духовному состоянию и разуму. Он, “яко премудр в божественных художник”, подходил к каждому ученику индивидуально и своим примером и наставлениями творил из “ветхого человека” новый образ — новую тварь во Христе (2 Кор. 5, 17). Как говорится в прологе жития, “братия в своих келлиях пребываху къждо их свое правило съвръшав, якоже бе имь от старца заповедано” [25, с. 18]. Роману же, видя его усердие и терпение, старец Григорий дал особое послушание, и, будучи “подвижником от самых начал иноческого жития” и тщательным делателем “на всяко богоугодно делание”, Роман с готовностью принял его [25, с. 9].

В монастыре преподобного Григория Синаита жил очень старый монах. Многие недуги обуревали его тело, принося ему страшные физические боли и мучения. От этого он сильно озлобился и был чрезмерно гневлив. Никто из братии не мог служить ему, ибо не выдерживал его оскорблений и поношений. Ухаживать за больным старцем преподобный Григорий Синаит поручил Роману. Много приходилось претерпевать святому от больного, но он все принимал с кротостью и смирением. Молодой подвижник постоянно памятовал слова преподобного Иоанна Лествичника, сказанные истинно повинующемуся, что тот пьет “поругания и уничижения на всяк день, яко воду живу” [9, с. 61]. В ответ на оскорбления и ругательства больного старца святой старался всячески угодить ему. Так, единственной пищей, которую мог принимать больной, была рыба, и святой Роман ежедневно ходил на реку или местные озера ловить ее. Особенно тяжело было зимой, ибо в это время выпадало много снега и водоемы покрывались льдом [25, с. 10]. Но Добрый Роман, готовый положить душу свою за ближнего, делал все безропотно. Святой ревностно исполнял свое послушание, восходя таким образом к совершенству.

Вскоре в жизни Романа произошли перемены. 27 ноября 1346 года скончался любимый старец — учитель и общий пастырь “иже тамо сущим Синаит кир Григорий” [25, с. 12], а затем сразу же умер и больной старец. Роман очень тяжело переживал эти события. Он скорбел, “рыдающа и плачуща в нощи же и в дни, яко не трьпеша самовластно ходити” без послушания [25, с. 12]. В поисках наставника он отправился к своему другу Илариону, который подвизался со своим духовником вдали от Парорийской пустыни. Там он смиренно подчинился старцу Илариона и стал выполнять его волю. После прихода Романа сложившиеся обстоятельства побудили старца изменить место пребывания. С одной стороны, это было вызвано частыми нападениями разбойников на Парорийскую обитель и ее окрестности, а с другой — крайней скудостью в пище из-за неурожая в тех краях.

Роман и Иларион вместе с духовником переселились в Загорье (местечко Могкры или Мокрое, отстоящее на день пути от Тырнова). По неизвестным причинам Роман вопреки благословению старца оставил это место и отправился в пустыню, чтобы пребывать в безмолвии. За время, которое он пробыл в пустыне, Роман понял всю тяжесть самочиния и решил возвратиться в монастырь. К тому времени блаженный старец скончался, и Роман, узнав об этом, сильно скорбел. Святой решает наказать себя за проявленное самоволие подчинением себя Илариону. И можно было видеть “великого в постницех в чину новоначальных ходяща... якоже юношу некоего новопострижена”, — сообщает нам житие [25, с. 14].

Через некоторе время Роман и Иларион узнали о том, что болгарский царь Иоанн Александр, взяв под покровительство Парорийскую обитель, избавил ее тем самым от частых нападений разбойников и даровал мирное житие инокам. Они поспешили вернуться на место прежних подвигов для отшельнического жития. Построив себе близ обители великого исихаста Григория келлию, подвижники стали продолжать духовное делание согласно учению их покойного наставника. Вскоре с ними в келлии поселился третий инок — Григорий Молчаливый, который впоследствии написал житие преподобного Романа (Ромила) Раванницкого.

После длительного пощения, постоянной молитвы и безропотного послушания Господь послал преподобному Роману “благодатное дарование”. Как сообщается в житии, “прииде благодать Пресвятаго Духа... и слезный источник даровался ему” [25, с. 16]. Святой, полностью очистившись от страстей, воспылал еще большим желание послужить Богу. Он испросил у Илариона благословение удалиться в пустыню для безмолвия и молитвенного делания в полном уединении, где стал восходить от подвига к подвигу, от силы в силу [25, с. 16] в стяжании благодатных даров Божиих.

Но вскоре на долю парорийских монахов выпали новые испытания. В конце XIV столетия турки-османы предприняли опустошительные набеги на Болгарию. Иноки, получив письменное оповещение начальника Скопельской области о надвигающейся угрозе, смогли вовремя переселиться в менее опасные места. Роман и Иларион с Григорием вернулись в Могкры [25, с. 18].

Подвизаясь в Загорье, святой Роман часто вспоминал место, связанное с именем его духовного учителя преподобного Григория Синаита, и вскоре, пренебрегая мусульманской опасностью, он возвратился в Парорию и поселился в горах, приняв великую схиму с именем Ромил. Пять лет он прожил в полном уединении, приходя в обитель преподобного Григория Синаита только в случае крайней необходимости. В эти годы святому Ромилу пришлось претерпеть сильную брань с бесами, которые мысленными внушениями и видимыми устрашениями и нападками пытались изгнать его из уединенной хижины. Но преподобный противостоял им именем Господним и, уповая лишь на помощь Божию, с победой вышел из брани.

Между тем господство в Парории турецких поработителей сделало невыносимой жизнь монахов, населявших монастырь преподобного Григория Синаита и его окрестности, даже тех, которые укрылись в горах. Иноки вынуждены были предать огню монастырские помещения, чтобы они не достались врагам веры Христовой. Преподобный Ромил покинул любимое место своих подвигов и вновь возвратился в Загорье. Но и там из-за завистников он не смог остаться на длительное время. Святой взял себе за правило уходить оттуда, где он видел зависть. Из Загорья он направился на Святую Гору Афон [25, с. 20].

На Афоне начинается новый период жизни и деятельности преподобного Ромила. Подражая своему учителю — преподобному Григорию Синаиту, он стал проповедовать местным инокам учение о внутреннем делании. Святой предлагал слово об исихии не только отшельникам, но и живущим в общежитии. Вокруг него стали во множестве собираться монахи, чтобы услышать духовные поучения [25, с. 20]. Имевший с молодых лет дар привлекать к себе других своим образом жизни и мудрым словом, преподобный Ромил, став еще более опытным от долгого иноческого делания, многих направил на путь спасения [25, с. 20].

Однако, поучая всех приходящих к нему, преподобный Ромил потерял возможность уединенного молитвенного делания, о чем сильно затосковал. В поисках места для безмолвия святой пришел к горе Мелана близ Великой лавры преподобного Афанасия, где и поселился со своим учеником Григорием Молчаливым.

Но и здесь его нашли желающие услышать духовное поучение и исцелиться от страстей. Святой имел милующее сердце, одинаково открытое для всех, переполненное великой любовью как к людям, так и к птицам, насекомым, зверям [14, с. 512]. Никто из приходивших к нему не отходил, не получив духовного назидания. Слова старца, “якоже магнит привлачит железо” [25, с. 24], привлекали ищущих спасения.

Через некоторое время вокруг преподобного Ромила собралось множество учеников, желавших жить подле святого и подвизаться под его руководством. Взаимоотношения между старцем и пришедшими монахами строились на основе отцовства и послушания. Все исихасты и той поры, и более раннего периода, включая преподобного Ромила, отождествляли отношения учеников к духовному старцу с отношением апостолов ко Христу. “Брате мои възлюбленные, — поучал святой старец приходящих к нему, — путь, егоже шьствуеши, апостольский е, и якож они благоговеинство имаху к Господу нашему Иисусу Христу, тако бо и мы къждо к своему отцу дльжны есмы имети, единою своего хотения отрекшеся, якоже то Сам Господь нас научи, снидох с небесе, рече: Не да творю волю Мою, но волю пославшаго Мя Отца (Ин. 6, 38)” [25, с. 28]. Преподобный Ромил говорил, что те, “кто от послушания отпадающе, в прелесть вражию отводимими бывают” и впадают в великие искушения [25, с. 30].

Большая известность мешала ему совершать “духовные службы” и не давала возможности умного предстояния Богу [25, с. 31] в непрестанной молитве, и святой Ромил послал Григория Молчаливого поискать более уединенное место на Афонской Горе. Через некоторое время преподобный переселился в отдельную келлию на северной стороне подножия горы. Но и на новом месте святой старец, “мало время некое почив от много народные беседы и мятежа” [25, с. 31], потерял уединение. Истинно говорят слова евангельские, что невозможно граду, стоящему на верху горы, укрыться (см.: Мф. 5, 14).

В 1371 году случилось событие, которое повлекло за собой тяжелые последствия и для всего славянского мира, и для Святой Горы Афон. В ночь на 26 сентября в битве с турками на реке Марица при Черномене (Чирмене) сербское христианское войско потерпело поражение. Погиб покровитель Афонской Горы Иоанн Углеша со своим братом Вукашином [16, с. 201]. Афонцы после гибели своего защитника сразу очутились в очень тяжелом положении [25, с. XXXI]. Многие из них, особенно пребывавшие в пустынях отшельники и безмолвники, вынуждены были покинуть Святую Гору. В их числе был и преподобный Ромил, “многих за время пребывания на Афоне утвердивший и научивший высочайшему житию” [25, с. 49].

С группой учеников отправился он в Авлону (Валону) — в Албанию. Сюда же, узнав о переселении святого мужа, стали приходить и другие монахи, ушедшие с Афона “страха ради иноплеменник” [25, с. 33]. Он их всех, как говорится в житии, “наказуе и поучае добродетели и страху Божию”, но не оставлял возле себя, ибо сам намеревался “скрытися в инаа некаа непроходимаа места” [25, с. 33].

Старец Ромил колебался: возвратиться ли ему опять на Святую Гору или искать уединения в других местах? Чтобы не последовать своим помыслам, а действовать по воле Божией, * Сербский деспот Иоанн Углеша после раскола Душановского царства владел Македонией со столицей в городе Сер.

преподобный Ромил отправил своего ученика в Константинополь с письмом к одному из любимых им святогорских старцев, которому полностью доверял [14, с. 516]. Можно предположить, что старец, к которому обратился преподобный Ромил, был одним из учеников преподобного Григория Синаита, входящих в число его синодии (дружины) [23, с. 34].

Константинопольский старец посоветовал не возвращаться на Афонскую Гору, а “идти в другое место, куда Бог управит” [14, с. 516]. Получив такой ответ, преподобный Ромил со своими учениками из Авлоны пришел в Сербию к святому князю Лазарю, который передал братству преподобного Ромила строящуюся в Раваннице “задужбину” — монастырь Вознесения Господня [99, с. 27].

Согласно народному преданию, с преподобным Ромилом было семь учеников [97, с. 202]. Все они назывались синаитами, что говорит об их непосредственной связи с преподобным Григорием Синаитом [120, с. 94; 72, с. 128].

Как полагает большинство современных исследователей, они прибыли в Раванницу в 1375 году [97, с. 212; 85, с. 195] и разместились близ монастыря, образовав вокруг него скитское монашеское поселение по примеру святогорских скитов [34, с. 117]. Здесь преподобный Ромил, “мало поживе”, скончался в 1376 году [14, с. 517]. Его цельбоносные мощи почивают доныне в монастыре Раванница, в южном приделе главного храма. Память его празднуется 16 января.

Служба святому Ромилу и синаксарий написаны на греческом языке Иоасафом, имя которого упоминается в каноне преподобному. Предполагают, что автор службы и Видинский митрополит Иоасаф, которому принадлежит “Похвальное слово святой Филофее” (1395), — одно лицо [101, с. 205, 213]. То обстоятельство, что святой Ромил родом из Видана, могло побудить Видинского святителя составить на основании жития канон и службу преподобному. Впоследствии служба была переведена на славянский язык.

С приходом преподобного Ромила и его учеников в Сербии начинаются большие изменения в области монашества, книжности, культуры. Прежде всего старец Ромил повлиял на устав и уклад иноческой жизни в Раваннице. Просветительно-реформаторская деятельность его учеников-синаитов вызвала возрождение духовной жизни и в других монастырях Сербии [100, с. 18].

Раванницкий монастырь находится около Чуприя на плато между горами Версоля и Главница при водном потоке. Строил его с 1375 по 1381 год, как уже отмечалось, князь Лазарь, почему и назван он его “задужбиной” [49, с. 42]. Обитель предназначалась для монахов “книжных” [105, с. 587]. Раванницкий монастырь в период деятельности исихастов-синаитов стал центром книжности и просвещения. Там, в частности, велись исправления сербских богослужебных книг [105, с. 587].

Последователи святого Григория Синаита и непосредственные ученики преподобного Ромила стали и основателями многих монастырей в Сербии. Так, преподобный Сисой основал монастырь Сисоевец около Раванницы, преподобный Григорий Молчаливый — монастырь Горняк, Зосима Синаит — монастырь святого Романа около Джуниса, Мартирий — монастырь Рукумии близ Костольца, Даниил Синаит — монастырь Благовещения Пресвятой Богородицы в Горняцком ущелье [120, с. 94; 72, с. 128].

О том большом значении, которое придавал монастырю Раванница и деятельности в нем синаитов святой Лазарь, говорит его хризовул, выданный монастырю в 1381 году. В нем написано, как князь “по силе своей украсил” монастырь и приложил к нему не менее 90 сел [72, с. 129].

 

Просмотров: 316 | Добавил: Алена | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: